КОМАНДА777 (komanda777) wrote,
КОМАНДА777
komanda777

Categories:

Социализм XXI века. Латиноамериканские левые и современный мир






Уго Чавес

Латинская Америка продолжает оставаться субрегионом, где позиции левых сил очень сильны. Но, как и везде, это движение весьма разнородное с разными политическими полюсами. Мы беседуем с французским политологом, исследователем парижского Института международных и стратегических отношений, экспертом международного секретариата французской Социалистической партии Жан-Жаком Курляндски об актуальных проблемах, с которыми сталкивается современная латиноамериканская социал-демократия.




Как бы вы охарактеризовали состояние современной латиноамериканской социал-демократии? Можем ли мы говорить о системном кризисе или кризисе идентичности, как считают многие американские политологи?

Трудно ответить на этот вопрос. Он предполагает существование одной латинской социал-демократии, со схожими характеристиками. Партийная же реальность другая. С сугубо институциональной точки зрения, некоторое число латиноамериканских политических формаций — члены Социалистического Интернационала (СИ). Часть этих партий действительно социал-демократические, такие как, например, чилийские Социалистическая партия (СПЧ) и Партия за демократию, уругвайская Социалистическая партия, Социалистическая партия Аргентины (СПА), мексиканская Партия демократической революции (ПДР). Другие пожелали примкнуть к СИ в расчете на предоставление им гарантии избрания в их странах. Это касается мексиканской Институционно-революционной партии (ИРП), колумбийской Либеральной партии и АПРА в Перу. Не будучи членами СИ, многие другие формации тоже полагаются на социал-демократические принципы. Тут можно назвать бразильскую Партию трудящихся и «Демократический полюс» в Колумбии.

Существуют, наконец, и те, которые видят себя социалистическими, но подчеркивают моменты, которые не являются социал-демократическими. Есть такие, чье недавнее существование связано с приходом к власти харизматичной личности — в Боливии (Эво Моралес), Эквадоре (Рафаэль Корреа) или в Венесуэле (Уго Чавес до 2013 г.). Или же, как на Кубе, где имеется социализм в своей единственной коммунистической версии, не позволяющей осуществления политического и электорального плюрализма.

Это разнообразие не дает говорить о кризисе идентичности. Каждая ситуация в самом деле требует особого комментария. Что касается формаций, отстаивающих эффективным образом социал-демократию, (являются ли они членами СИ или нет), очевидно, что эти партии выиграли за счет благоприятной экономической конъюнктуры Латинской Америки. Чтобы победить на выборах, они обещают предоставить социальные компенсации наиболее лишенной и бедной части населения. Это можно констатировать для Бразилии, Чили и Уругвая. В Аргентине и Мексике соответствующим партиям или не достает «институциональной солидности» (случай СПА), или же прийти к власти и запустить свою социальную политику им мешают местные обстоятельства и интенсивные внутренние раздоры (случай ПДР).

В Боливии, Эквадоре и Венесуэле есть правительственные партии, которые, пусть и не принадлежат к социал-демократии, проводят ту же социальную политику под руководством своих харизматичных руководителей.

Если кризис реален, в чем вы видите его истоки?

Основная трудность, с которой сталкиваются сегодня социал-демократы в Латинской Америке, та же, что мешает их европейским единомышленникам. Однажды удовлетворенные социальные ожидания требуют затем обновления политической и социальной повестки дня, которая оказывается одновременно необходимой и проблематичной. Социальные требования становятся более индивидуальными и качественными. Чилийские студенты выходят на улицу, чтобы требовать бесплатного высшего образования и отмены реформ эпохи диктатуры Пиночета. Молодые люди, занявшие улицы в Бразилии в 2013 г., и их родители требуют общественных услуг (транспорта, здравоохранения, образования) лучшего качества.

С другой стороны, партии и правительства должны параллельно обеспечивать хорошее управление экономикой — это единственная гарантия, позволяющая им упрочивать и обновлять социальную политику, которой они пленяют сторонников, и побеждать на всеобщих выборах. В отсутствие роста возможности иного распределения коллективных доходов снижаются. Очень быстро появляется спонтанное сопротивление, как в Чили или в Бразилии, или сопротивление, вдохновляемое враждебными группами.

Исторически латиноамериканское социал-демократическое движение плюралистично и неоднородно. Но, например, когда говорят о парадигме «социализма XXI века», мы представляем более-менее целостную картину идеологической концепции. Есть ли она у социал-демократии Латинской Америки?

У латиноамериканских политических партий двойное устремление. С одной стороны, отражающее плюралистическую концепцию демократической жизни, с другой — эгалитарное, обуславливающее активную социальную налоговую политику. Оба устремления разделены и сгруппированы в различные межпартийные организации. Некоторые являются членами Социалистического Интернационала, другие — Форума Сан-Паулу (получившего импульс от бразильской Партии трудящихся), или КОППАЛК (Постоянной конференции латиноамериканских и карибских политических партий, идущей от ИРП). Есть другие формы, группирующие правительственные партии стран, АЛБА, например, или КСЛА (Конференция социалистических партий Латинской Америки).

Помимо элементарного, но основополагающего знаменателя — уважение демократического многообразия и социальная направленность — каждая соотносится с культурой и с опытом, отражающими национальные особенности. Социализм XXI века, который придает большую значимость отцам независимости Великой Колумбии (в основном Симону Боливару), Иисусу Христу и Фиделю Кастро, — строго венесуэльское изобретение. Этот кодекс ценностей и «крестных отцов» не годится для Бразилии, Чили, Эквадора, Мексики или Уругвая. Социал-демократический образ действий в этих странах отражает условия их особого достижения независимости, соотношения политики и религии, различного от страны к стране контекста, в котором они вышли из диктатуры и дошли до демократии.

Я считаю, что в большинстве государств Латинской и Южной Америки электоральные позиции социал-демократических партий уступают сегодня прежним временам. Тем не менее есть страны (Мексика, Чили, Никарагуа и т. д.), президенты которых представляют партии СИ. На ваш взгляд, эффективна ли внутренняя политика этих правительственных партий?

С точки зрения общей истории, отмеченной длительным отсутствием плюралистической демократии (за исключением Кубы), латиноамериканские партии, какой бы ни была их идеология, видят себя сторонниками конкурентных выборов и институциональных систем, гарантирующих основополагающие свободы.

Все это предполагает принцип чередования. Именно он позволил СПЧ и чилийским левым вернуться к власти в 2014 г. после ее потери в 2010. Правда в том, что в Бразилии и Никарагуа конституции были модифицированы, чтобы позволить переизбирать президента. Но принцип множества кандидатов так и не был поставлен под вопрос.

Форум Сан-Паулу, без сомнения, уникальный субъект для международных левых сил, объединяющий под своей крышей самые различные силы от троцкистов до левого центра. Многие партии СИ — члены этого Форума. Можно ли сделать вывод, что латиноамериканская социал-демократия более чувствительна к единству всех левых сил, чем социалисты Европы?

Многочисленные латиноамериканские межпартийные организации отражают политику влияния, отвечающую стремлению той или иной национальной партии в выгодный и благоприятный момент ее истории. Два примера позволят лучше понять амбиции и очертания этих группировок. КОППАЛК была создана ИРП, когда Мексика переживала момент большого нефтяного процветания и желала получить из этого дипломатические дивиденды, создав в Латинской Америке своего рода неприсоединившийся интернационал.

Форум Сан-Паулу (ФСП) родился по инициативе ПТ после исчезновения СССР и организованного международного коммунистического движения. ПТ стремилась укрепить свое движение к власти, опираясь на региональную контрсилу, объединяющую латиноамериканские партии и движения. Эти группировки не являются герметичными по отношению друг к другу. Большинство их членов имеют двойную принадлежность (к КОППАЛК и ФСП), и даже тройную — у тех, кто также входит в СИ.

В 1980-е годы социалисты и социал-демократы Латинской Америки пользовались в своих странах массовой общественной поддержкой — в профсоюзах, рабочем движении, неправительственных организациях.
Остается ли прочной эта «общественная ткань» и сегодня для партий левого центра?


В начале 80-х гг. социал-демократы преследовались диктаторскими режимами во многих странах — Аргентине, Боливии, Бразилии, Чили, Эквадоре, Парагвае, Сальвадоре, Уругвае. Латинская Америка была непрямой жертвой холодной войны. Соединенные Штаты поощряли нахождение у власти сильных и диктаторских режимов, позволяющих, по их мнению, не допустить попадания этих стран в советский лагерь. Демократический выбор, совершенный тогда социал-демократическими партиями, делал их, с американской точки зрения той эпохи, объективными союзниками СССР и коммунизма.

Обратным образом, это поведение заставило Социалистическую партию Чили искать поддержки Восточной Германии (ГДР) или сальвадорский Фронт демократической революции — стать союзником коммунистической герильи — Фронта национального освобождения имени Фарабундо Марти (ФНОФМ). Сегодня социал-демократические или близкие к ним партии добились власти, опираясь на возможности активистов, созданные во время борьбы за демократию. Их социальная база, отличная от одной страны к другой, была изначально очень широкой. Профсоюзная и католическая в Бразилии, фронтовая в Сальвадоре, где герилья ФНОФМ перешла к плюралистической демократии и политике социал-демократического типа. Но осуществление власти на деле создает неясность. Местных активистов поглощает государственный аппарат. Их сеть становится все более слабой. Партии, оказавшиеся в президентских дворцах, часто подвержены хроническому злу Латинской Америки — коррупции.

Очевидно, что радикальный социалистический проект или левый популизм являются серьезным и мощным конкурентом для социал-демократии в Латинской Америке. Но как оценить роль демократических левых партий в государствах «социализма XXI века»? Создается впечатление, что, например, в Эквадоре и Боливии такие партии почти исчезли.

Социал-демократический месседж не должен ограничиваться чисто институциональным определением. Можно действительно констатировать исчезновение партий-членов СИ в Боливии и Эквадоре. Но стоит добавить, что политика, которую они защищали, ныне упрочена, но осуществляют ее другие силы, сегодня находящиеся в правительстве.

Латиноамериканская левая имеет, в целом, достаточно специфическое и оригинальное видение мира. Неслучайно, что такое объединение, как АЛБА, существует именно там. На каких принципах базируются сегодняшние подходы левоцентристских партий Латинской Америки к международным проблемам?

Международная конъюнктура (и окончание холодной войны) и чрезвычайно благоприятный экономический контекст (особенно в силу спроса на сырье со стороны Китая) позволили странам Латинской Америки проявить государственную и политическую оригинальность. Долгое время все они желали добиться реальной самостоятельности своих решений.
Приоритетные ходы, чтобы конкретизировать эту цель, тем не менее были разными. Венесуэла использовала свою нефть, чтобы создать альянс стран, желающих ослабить экономические связи с США. Бразилия приступила к работе над УНАСУР, чтобы южноамериканские страны могли дополнять друг друга. Мексика, опираясь также на свою нефть, создала другую сеть — Тихоокеанский альянс, предназначенный для того, чтобы диверсифицировать экономическое и коммерческое партнерство.

Все в конечном счете ставили на первое место общую цель — расширение поля для маневра и решили объединить свои усилия внутри СЕЛАК (Сообщества латиноамериканских и карибских государств).


Название оригинала:
«Социализм XXI века — строго венесуэльское изобретение»


Об авторе: Руслан Костюк

Доктор исторических наук, профессор факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета.
Об авторе: Руслан Костюк
Доктор исторических наук,
профессор факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета.
Tags: Латинская Америка, Франция
Subscribe

Buy for 1 000 tokens
Дорогой читатель, мы живет во время, которое лично мною воспринимается как некий переход, с одного уровня на другой, как переход в другую реальность и другую жизнь. И для того , чтобы более ясно передать свои мысли, хочу обратить ваше внимание в далекое, далекое прошлое. В самые древние…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments